Мастера
        Детектива

Произведения:
 

Борис Львович Васильев

   
 
 

Дело о тонущем утенке

— Сиделка в свое время сообщила об этом властям?
— Нет, она тоже считала, что все эти страхи — следствие приема наркотиков. Вы же
знаете, сестра всегда придерживается версии лечащего врача. В противном случае ее могут
обвинить в разглашении профессиональной тайны и в прочих страшных грехах. Ей пришлось
держать язык за зубами, так по крайней мере она утверждает теперь.
— И все же это не ответ на мой вопрос. Где находилась сиделка, когда все это произошло?
— Она была в городе.
— Бурр оставался один?
— Да. Видите ли, он не мог подниматься с постели, но с руками у него было все в полном
порядке. Возле постели имеется телефонный аппарат, так что в постоянном присутствии
сиделки в общем-то не было необходимости. У меня в доме имеется внутренний телефон. Возле
каждого аппарата — серия кнопок, что позволяет любому живущему в доме связаться не только
друг с другом, но и с кухней и с прислугой.
— Расскажите мне про сиделку, Визерспун.
— Хорошо. Когда Бурра уложили в постель со сломанной ногой, он велел жене принести
его чемодан. В чемодане были кое-какие рыболовные принадлежности, пара его любимых книг,
пять или шесть детективов в бумажной обложке, карманный фонарик, ну и всякая прочая
ерунда. Этот чемодан он держал рядом с кроватью, чтобы всегда иметь возможность достать
нужную ему вещь.
Приступив к своим обязанностям, медсестра заявила, что не годится старый чемодан
держать возле постели, это, мол, негигиенично. Что лучше выложить его содержимое на одну
из полок в шкафу, а она в любое время подаст, что ему потребуется. Кроме того, она каждый
раз натыкалась на этот чемодан, когда подходила к его постели. Что было с Бурром! Он начал
вопить, что не позволит ни одной женщине дотрагиваться до его рыболовных
принадлежностей, что чемодан будет стоять, где стоит, и что он не желает считаться с ее
претензиями. Медсестра в свою очередь решила доказать, кому принадлежит последнее слово,
и схватила чемодан. Но Бурру удалось вцепиться в руку, и он так сильно сжал ей запястье, что
она вскрикнула от боли. При этом он орал, чтобы немедленно она убиралась вон и не смела
больше входить в его комнату. И даже пригрозил запустить в нее каким-нибудь тяжелым
предметом. Медсестра вызвала врача. И я как раз пришел с миссис Бурр. Мы вчетвером
старались урезонить его, но тщетно. В результате разобидевшиеся медсестра и врач уехали.
Миссис Бурр отправилась вместе с ними за новой сиделкой. Телефон оставили подключенным
к кухне, и я предупредил работающих там женщин, чтобы они прислушивались к звонкам и
сразу же брали трубку. Одним словом, как мне казалось, было сделано все, чтобы Бурр мог
спокойно оставаться один в своей комнате. Во всяком случае, так же считал и врач.
— Ну, а вы? — спросил Мейсон.
— Я тем более! — с чувством ответил Визерспун. — Сказать по правде, я был сыт по
горло истериками Бурра. Я даже сказал ему, и весьма категорично, что ему разумнее было бы
перебраться в больницу. Конечно, мне следовало быть более снисходительным. Как-никак, его
мучили боли и на душе было скверно. К тому же все еще существовала опасность осложнений.

 

Спонсоры проекта:

 

  

   

© 2006-2009 Фонд "Литературная коллекция"