Дело о тонущем утенке
— При отсутствии доказательств противного приговор суда считается в силе.
Мейсон сделал вид, что не слышит, и заговорил ровным голосом, спокойно обращаясь
главным образом к Делле Стрит:
— В тысяча девятьсот двадцать четвертом году Хорас Легг Эйдамс и Дэвид Лэтвелл
сообща владели небольшим текстильным предприятием. Им удалось рационализировать
производство так, что предприятие стало рентабельным и сулило в ближайшем будущем
большие прибыли. Внезапно Лэтвелл исчез. Эйдамс сказал жене своего партнера, что ее муж
уехал по делам в Рино и через несколько дней ей напишет, но время шло, а от него не было
никаких вестей. Тогда миссис Лэтвелл стала наводить справки в гостиницах Рино. Лэтвелл там
не останавливался. Он бесследно исчез.
После этого Эйдамс рассказал совсем другую историю… и не одну. Причем все они был
разными. Миссис Лэтвелл заявила о своем намерении обратиться в полицию. И тогда Эйдамс,
столкнувшись с перспективой полицейского расследования, сообщил уже совершенно новое.
Миссис Лэтвелл это показалось подозрительным, и она обратилась в полицию. Началось
расследование. Эйдамс заявил, что Лэтвелл признался ему в том, что брак его оказался
несчастливым и он любит молодую женщину, имя которой, однако, не упомянул. В газетах, да
и в суде тоже она фигурировала как «мисс Икс». Эйдамс далее сказал, что Лэтвелл поделилась с
ним своим намерением бежать с этой женщиной, попросил усыпить на время бдительность его
жены, сказав, что он уехал в Рино по делам. Эйдамс должен был теперь уже один управлять
предприятием, выплачивая по двести долларов ежемесячно миссис Лэтвелл, остальную же
долю своего партнера временно держать у себя.
Сама по себе эта история звучала вполне правдоподобно, но поскольку в самом начале
Эйдамс говорил жене Лэтвелла совсем иное, полиция произвела тщательное расследование и
обнаружила труп Лэтвелла, зарытый в подвале текстильной фабрики. Нашлось множество
косвенных улик, указывающих на виновность Хораса Эйдамса. Его арестовали. Были выявлены
новые доказательства, и, судя по всему, адвокат Эйдамса перепугался. Видимо, он решил, что
Эйдамс не рассказал ему всей правды и во время процесса могут всплыть неожиданно новые
факты, способные опровергнуть избранную им тактику поведения.
Обвинение располагало достаточным количеством косвенных улик. Эйдамс был вызван
для дачи показаний. Но его показания звучали совсем неубедительно. Он сбился на
перекрестном допросе, возможно, потому, что не совсем ясно понимал вопросы. Вне всякого
сомнения, он не принадлежал к категории людей с хорошо подвешенным языком, ну, а
выступать перед толпой любопытных, взирая на каменные лица присяжных, не каждый
сможет! И тогда его адвокат решил построить защиту на том, что объявил Эйдамса
невменяемым. По наущению адвоката отец Эйдамса показал в суде, что его сын в раннем
детстве не раз ударялся головой при падении и уже тогда была отмечена ненормальность
Эйдамса-мальчишки, проявлявшаяся в жестокости к животным, он, мол, отрывал у мух крылья,
накалывал их на булавки и со злорадством наблюдал, как они погибают. По сути дела этот
комплекс истязания насекомых — в протоколе они именовались животными, а речь шла только
о мухах — и лег в основу защиты. Это было грубейшей ошибкой.
Страница:
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
45
46
47
48
49
50
51
52
53
54
55
56
57
58
59
60
61
62
63
64
65
66
67
68
69
70
71
72
73
74
75
76
77
78
79
80
81
82
83
84
85
86
87
88
89
90
91
92
93
94
95
96
97
98
99
100
101
102
103
104
105
106
107
108
109
110
111
112
113
114
115
116
117
118
119
120
121
122
123
124
125
126
127
128
129
130
131
132
133
134
135
136
137
138
139
140
141
142
143
144
145
146
147
148
149
150
151
152
153
154
155
156
|
