Дело о тонущем утенке
— Почему? — возразил Визерспун. — Разве это не доказывает отклонение от нормы?
— Все эти россказни настроили против него членов жюри. Множество детей отрывают
крылья у муж и ловят руками бабочек. Почти все дети проходят стадию инстинктивной
жестокости. Никто не знает почему. Психологи выдвигают разные причины. Но… когда в суде
решается вопрос жизни и смерти обвиняемого, вряд ли уместно оперировать фактами детской
жестокости для доказательства невменяемости подсудимого. Более того, это свидетельствует о
неверии адвоката в невиновность клиента.
Косвенные доказательства иной раз могут привести к трагическим результатам, если они
интерпретируются неверно или недобросовестно. Похоже, никто из участников этого процесса
не имел ни малейшего представления о том, как строится защита при наличии только
косвенных улик.
Окружной прокурор был проницательным, умным человеком и обвинителем, наделенным
политической амбицией. Позднее он сделался губернатором штата. А защитник — одним из тех
ученых индивидуумов, которые начинены теоретическими познаниями, но не способны
разобраться в человеческой натуре. Он знал законы, и только. Это видно из стенограммы
процесса. В результате Эйдамс был приговорен к повешению за убийство.
Была подана апелляция. Верховный суд решил, что в процессе ошибок допущено не было.
Присяжные выслушали показания свидетелей, понаблюдали за их поведением в зале суда и
вынесли свой приговор. Эйдамса казнили.
В голосе Визерспуна, когда он заговорил, послышалась несомненная горечь.
— Вы — адвокат, специализирующийся на защите людей, обвиняемых в убийстве. Как я
слышал, до сих пор ни одного из ваших подзащитных не сочли виновным в подозреваемом
преступлении. Вы, мне кажется, настроены в пользу Хораса Эйдамса, однако не можете с
уверенностью сказать, что он не был виновен. Как мне кажется, это доказывает его вину…
— Да, я не могу утверждать, что он невиновен, — согласился Мейсон, — но и не убежден
в его виновности. Обстоятельства дела не были тщательно проверены. Я хочу это сделать
сейчас.
— Уже тот факт, что вы при вашей предвзятости не сумели…
Мейсон прервал Визерспуна:
— Одну минуточку! Прежде всего скажу, что данное дело не из тех, заниматься которыми
мне интересно. В нем полностью отсутствуют элементы драматизма. Тривиальное, обыденное,
довольно отвратительное дело об убийстве. Если бы мне предложили его в то время, я бы от
него скорее всего отказался. Я люблю дела, в которых наличествует тайна, нечто запутанное,
сложное. Поэтому считать меня предвзятым, необъективным и так далее нельзя. Я как раз
вполне объективен и честен в своей оценке. Прочитав стенограмму, я не убедился в виновности
Хораса Эйдамса. Но зато я уверен в том, что казнили его главным образом потому, что его
адвокат избрал неправильный путь защиты! Визерспун рассуждал по-своему:
— Если он был виновен, то можно не сомневаться, что его сын унаследовал внутреннюю
склонность к жестокости, к желанию мучить животных…
— Это наблюдается у множества детей! — напомнил Мейсон.
Страница:
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
45
46
47
48
49
50
51
52
53
54
55
56
57
58
59
60
61
62
63
64
65
66
67
68
69
70
71
72
73
74
75
76
77
78
79
80
81
82
83
84
85
86
87
88
89
90
91
92
93
94
95
96
97
98
99
100
101
102
103
104
105
106
107
108
109
110
111
112
113
114
115
116
117
118
119
120
121
122
123
124
125
126
127
128
129
130
131
132
133
134
135
136
137
138
139
140
141
142
143
144
145
146
147
148
149
150
151
152
153
154
155
156
|
